Продолжение Путина другими средствами

27.02.2022

Сергей ШМИДТ - серия статей

Пребывая в месячном бане от благословенного фейсбука – то есть, не имея возможности ни писать посты, ни оставлять комментарии, ни даже лайкать – я получил прекрасную возможность (за которую искренне благодарен цензурно-строгому фейсбучному руководству) наблюдать со стороны за бурнокипением разных фейсбучных фракций «говорящего класса». Тем, кто внутри, быть может, не видно, поэтому сообщу в первую очередь для них, что примерно девяносто процентов всех коммуникаций в неувядающем жанре споров и ссор (быть может, 99 процентов) сводится к бесконечному обмену репликами, упреками, колкостями и оскорблениями между всего двумя риторическими позициями. Первая – нет войне и поджигателю её Путину! Вторая – почему вы, противники этой войны, не были против войны, когда гибли дети, женщины и старики Донбасса? Товарищи участники бурнокипения фейсбучных говн, вы не поверите, но это действительно практически всё, что вы производите!

Ранее от Сергея Шмидта по теме:

-

Знаю, что от этого текста ожидают предъявления автором моральной позиции по поводу происходящего. Я мог бы убежать в кусты или прикинуться беспристрастным экспертом-аналитиком, но не буду этого делать. Предъявлю некий дисклеймер из моих оценочных суждений, правда, не с таким градусом морализма, как у многих из тех, кто их от меня ожидает.

Первое. Я считаю, что моя страна, мой президент, за которого я, правда, никогда не голосовал – неправы. На стороне моей страны и моего президента много правды в затянувшемся международно-политическом конфликте с ведущими странами Запада – в котором силы-то не равны, и сторона наша слабее, а я привык сочувствовать слабым – но в этой войне с Украиной моральной правды у нашей стороны немного, если она вообще есть.

Поддерживающие войну, кстати, должны честно признать, что, начав её, Россия растеряла весь арсенал своих моральных преимуществ. Из страны, которая защищает тех, кого бомбят и обстреливают, мы стали страной, которая бомбит и обстреливает.

Момент второй. Есть одна старейшая моральная дилемма. Признавая неправоту своей страны в конфликте, должен ли ты (можешь ли ты) желать ей военного и политического поражения? Отвечу за себя. Я не желаю своей стране поражения в этой войне, хотя не считаю её правой. Мне не стыдно, что я русский, и не только потому, что ни капли этнической русской крови во мне нет. Да и нет у меня стыда за президента Путина, хотя я и считаю, что он не должен был начинать эту войну. Непонимание есть, несогласие с его решением есть, а стыда все-таки нет. Уж простите мне этот грех, фрустрированные невротики из либеральной общественности, как я прощаю вам грехи ваши.

Людям, не склонным к однозначным оценкам, понять меня не составит труда. А на понимание других я никогда и не рассчитывал.

И третье. Я совершенно нормально отношусь к тем, кто против – и против войны, и против Путина – кстати, и к тем, кому стыдно, что они русские. Хотя, признаюсь, моральные претензии с позиций у кого искреннего, у кого пафосного, у кого истеричного пацифизма, принимаю только от тех, для кого происходившее в Донбассе, начиная с 2014 года не ограничивалось фейком про «распятого мальчика», кто признавал реальные страдания живущих там людей и хотя бы в личных разговорах допускал вину украинской стороны за эти страдания. Вот в их пацифизм я верю. Всех остальных, уж простите меня, товарищи противники путинской войны, я воспринимаю, как продолжающих холодную гражданскую войну, продолжающих «гнуть свою линию», но на новой тематической платформе. Не осуждаю, но и вы, уж будьте любезны, избавьте меня от демонстраций вашего морального и интеллектуального превосходства над окружающими и надо мной лично, тем более, что ни в какое ваше превосходство я никогда не верил, не верю и, скорее всего, не поверю никогда.

На этом длинный моральный дисклеймер считаю законченным, готов ответить на ваши вопросы… тьфу, перейти к некоторым коротким рассуждениям.

Предметы рассуждений тут могут быть разными. Особой популярностью пользуется вопрос, имеем ли мы сейчас дело с персональным безумием авторитарного Путина (то есть, с неким разовым и в общем-то случайным эпизодом истории) или мы вправе воскликнуть: «добро пожаловать в реальность, в реальную природу международных отношений»?

Думаю, что второе. Можем воскликнуть. Конфликты между политическими центрами силы (в первую очередь государствами) были, есть и будут всегда. Война была, есть и всегда будет оставаться средством разрешения этих конфликтов. Угроза войны, как ни странно это прозвучит, всегда была инструментом предотвращения войны, но работает этот инструмент только при условии «доверия к угрозе». При всеобщем понимании, что кто-то действительно может начать войну. Вот и приходится констатировать странную и страшную вещь: чтобы «угроза войны» работала, чтобы она предотвращала войну, надобно… время от времени воевать. Долгий мир может стать угрозой миру не меньшей, чем любая война. Такой вот Оруэлл - 2.

Мы видели в последние годы, как конфликтующие стороны – путинская Россия и ведущие страны Запада – плюнули на дипломатию, занялись перепалками и троллингом (случилась «псакизация» внешней политики у американцев, «машазахаризация» у нас). Понимание того, что война может стать реальной, отсутствовало, в вера в мир и неготовность всех рисковать своим благополучием была настолько крепкой, что внимание сторон к претензиям и угрозам друг друга стало минимальным. Зачем, например, всерьез относиться к претензиям страны, с позором проигравшей холодную войну, с полутора процентами мирового ВВП, еще и с авторитарным, отставшим от жизни (он даже айфоном не пользуется!), то ли просто старомодным, то ли сошедшим с ума правителем?

Если отбросить версию старомодности, равно как и версию персонального безумия, и поискать в решении Путина прагматику, то она обнаружится примерно вот в таком виде. В дипломатии и во взаимных перепалках и троллингах ничего не получается, потому что никто не верит в войну. Если начать войну, то это перезагрузит картины мира в головах игроков высшей лиги мировой политики и дело пойдет бойчее. Более того, поскольку таким образом удастся наконец-то достигнуть состояния мира, основанного на взаимных договоренностях-компромиссах и, самое главное, на правилах, эта война будет оценена, если не современниками, то потомками, как способствовавшая установлению мира и нового (и на какое-то время надежного) миропорядка. Говорят, что «война все спишет». В данном случае – мир все спишет. Как там говорил товарищ молодой Фидель Кастро (не путать с Навальным) на суде? «Вы можете меня осудить, но история меня оправдает».

Вот так мог думать наш правитель. Ну а нам, раз уж мы собственными руками отдали ему привилегию думать за всех – а в бесконечных взаимных конфликтах уязвленных самолюбий давно утратили способность представлять какую-то значимую для него силу – остается только… Ну сами знаете и видите, что нам остается.

Сергей ШМИДТ - серия статей

Серия статей Сергея Шмидта

Что это было?

Сейчас никто не знает, что будет. Я настаиваю, что вообще никто. Любые уверенные прогнозные сценарии это просто трёп. Ради бога, не сочтите эту фразу покушением на право каждого интересоваться любым трёпом и право верить в любой трёп, в который комфортно верить. Я же пока предпочту каталогизацию наиболее интересных интерпретаций «февральской революции в мировой политике» – то есть, разъяснений не того, что будет, а того, что было (24 февраля).

 
Оправдания для Путина

Обвинений в адрес Верховного и без меня насчитают штук сто, не меньше, а гипотетических оправданий его я вижу три. Сразу замечу, что простейшие, извините за выражение, «геополитические» оправдания – типа завоевать-присоединить побольше курортно-плодородных земель, которые холодной северной стране завсегда пригодятся – я в уме держу, но в общий список включать не буду.

 
Возвращение к статусу СВО

Начну, пусть с очень абстрактного, но с крайне неприятного. С логики динамики войны, вообще - любой войны в истории человечества. Есть в «войне как таковой» три принципиально важных, сдерживающе-удерживающих в одну сторону и подталкивающе-выталкивающих в другую сторону коллективно-психологических барьера или черты. Первый это принцип «мир важнее войны». Когда конфликтующие стороны, навострив оружие, все-таки опасаются пролить первую кровь, интуитивно догадываясь или отчетливо понимая, что потом процесс будет уже не остановить, воронка эскалации потом будет затягивать в себя всех и всё подряд с ужасающим свистом и хрустом. После переступания этой черты (взятия этого барьера) есть какое-то время и дистанция до второй черты, логика которой – «победа важнее мира». Это период, когда ещё можно остановиться, договориться, разойтись, потому что после второго барьера исчезнет желание мира. При любом напоминании о мире будет возникать отторжение-негодование, мол, за что уже столько крови пролили – своей и чужой – вы что хотите, чтобы это всё пустяшным оказалось? Нет уж, теперь воюем до победы, до абсолютной победы. Ну и где-то впереди, на непонятно какой дистанции от этой второй черты, маячит третья черта, логика которой – «мир важнее победы». Однако, когда только-только перешагнули вторую черту, действительно непонятно, сколько времени, сил, человеческих жизней и всяческих разрушений отделяет от неё.

 
Потерявши голову, по головам не плачут

Сразу скажу, что никаких серьезных и обоснованных прогнозов в этом тексте нет, да и быть не может. После 24 февраля я предпочитаю воздерживаться не только от прогнозов, но даже от предчувствий, которые никакой ответственностью не обременяют. Честно скажу, что у меня нет никакого предметного представления о том, как именно стороны – подчеркну, что все стороны, а не только Россия – будут выбираться из той пропасти, в которую они устремились.

Но этакий «квази-постмодернистский» трёп про прогнозы я все-таки выдам.

 
Продолжение Путина другими средствами

Пребывая в месячном бане от благословенного фейсбука – то есть, не имея возможности ни писать посты, ни оставлять комментарии, ни даже лайкать – я получил прекрасную возможность (за которую искренне благодарен цензурно-строгому фейсбучному руководству) наблюдать со стороны за бурнокипением разных фейсбучных фракций «говорящего класса». Тем, кто внутри, быть может, не видно, поэтому сообщу в первую очередь для них, что примерно девяносто процентов всех коммуникаций в неувядающем жанре споров и ссор (быть может, 99 процентов) сводится к бесконечному обмену репликами, упреками, колкостями и оскорблениями между всего двумя риторическими позициями. Первая – нет войне и поджигателю её Путину! Вторая – почему вы, противники этой войны, не были против войны, когда гибли дети, женщины и старики Донбасса? Товарищи участники бурнокипения фейсбучных говн, вы не поверите, но это действительно практически всё, что вы производите!

 

Сергей Шмидт - серия колонок

Видеосюжеты
Сергей Шмидт: Срок